Становление

Наш заповедник - одна из старейших особо охраняемых природных территорий России. Начало сохранению «Леса на Ворскле» - вековой нагорной дубравы на р. Ворскла положило создание в 1640 году Хотмыжского участка Белгородской  оборонительной линии для защиты южных рубежей государства от татарских  и ногайских набегов (Загоровский, 1969).

В истории России оборонительные линии известны со времен татаро-монгольского  нашествия. Первые из них (Заокская, Шацкая, Ряжская и др.) были расположены в лесных районах. Оборонительные линии представляли собой грандиозные природно-инженерные сооружения, включающие в себя естественные препятствия (непроходимые леса, болота и реки) с одной стороны, и искусственные преграды (крепости, остроги, сторожевые вышки, рвы, надолбы и т.д.) с другой. Лесные завалы, ширина которых нередко составляла более 100 метров, были практически непроходимы для конницы.

Собственно природоохранное значение  засечных лесов состоит в том, что их военно-стратегическая роль для государства определяла исключение здесь практически всех видов природопользования и, следовательно, сохранение старовозрастных насаждений. Характер установленного для лесов оборонительной линии режима и ответственность за его нарушение иллюстрирует выдержка из царского наказа посланного белгородскому воеводе: «Стольнику же  и воеводе князю Федору Волконскому смотрить и беречь того накрепко, и в Белгороде всяким служилым и жилецким людям заказ учинить крепкой под смертною казнью, чтоб они белгородского заповедного лесу и в иных причинных местах с Полскую и с Русскую сторону, за которыми крепостями и лесами от воинских людей укрытца и пробыть мочно, лесов не секли и деревья никаково не подлупливали, и через заповедные леса не ездили, и дорог и стежек не накладывали, и пашен в заповедных лесах не заводили и не пахали…» (Кириков, 1979).

При всей сложности осуществления контроля за исполнением царских запретов, к порубщикам и подобным им нарушителям действительно применялись жесткие меры наказания. Известный историк И.Н. Миклашевский (1894) пишет: «Так карповский воевода (город-крепость Карпов был расположен выше по течению р. Ворскла, примерно в 25 км от современной территории заповедника) сообщил как-то, что дети боярские деревень Глинский и Мищенский вырубили весною 1644 года 91 дерево из заповедного леса, начинавшегося тотчас за их дворами. В ответ на эту отписку последовал указ: «…тех воров, которые учинили поруху в заповедном лесу…бить кнутьем, а иных батоги и учиня наказание посадить их в тюрьму и взять по них поручные записи, что им  впредь так не воровать». Мы имеем свидетельство воеводы Еропкина, что он выполнил перед съезжей избой предписанное ему и бил порубщиков «кнутьем, а иных и батоги нещадно».

К концу 17-го века земли южной части Центрального Черноземья и прилежащих районов левобережной Украины стали интенсивно заселяться и осваиваться. Белгородская черта утратила свое военно-стратегическое значение, что повлекло за собой вырубку и сокращение площади лесов. Вопрос о том, насколько пострадали в это время лесные насаждения на территории современного заповедника, остается до настоящего времени неизученным. Следует отметить, что  именно на месте некогда засечных лесов был образован ряд заповедников, в том числе и «Лес на Ворскле».

Следующий этап истории «Леса на Ворскле» связан с деятельностью Петра I и его сподвижника, первого российского фельдмаршала, графа Бориса Петровича Шереметева (1652-1719). Широко известны многочисленные указы Петра I об охране лесов. Так, по указу 1701 года расчистка леса под пашни и покосы разрешалась только в 30 верстах от берегов рек, удобных для сплава леса. Указ 1703 года также запрещал вырубку деревьев на 20 верст от малых рек. В водоохранных лесах не допускались не только рубки леса, но и пастьба скота. Объявлялись «заповедными» ценные для кораблестроения древесные породы: дуб, сосна, лиственница, клен, вяз, карагач. Для охраны лесов учреждалась специальная лесная стража. Наказания за нарушения этих запретов были исключительно строги: «За дуб, буде хоть одно дерево срубит, также и за многую лесов посечку, учинена будет смертная казнь» (Реймерс, Штильмарк, 1978).

 В 1705 году Борисовская слобода с окрестными землями переходит во владение графа Б.П. Шереметева. Со  временем Борисовское имение стало крупнейшей вотчиной Шереметевых на юге России. Организацию «Заказной рощи», наряду с основанием Борисовского женского монастыря, традиционно приписывают Б.П. Шереметеву. О создании монастыря сохранилось достаточно большое количество архивных документов и литературных источников. Материалов же об учреждении охраняемой природной территории в архивах до настоящего времени не обнаружено. И, тем не менее, организация «Заказной рощи» в контексте исторических событий могла произойти только при жизни Б.П. Шереметева. Не вызывает сомнений и неоспоримая заслуга в этом царя-реформатора, но только косвенная, поскольку Петр I не посещал Борисовское имение своего сподвижника (Охрименко, 2000).

Вид на монастырь со стороны реки

Первое упоминание о «Заказной роще» в Борисовском имении графов Шереметевых относится уже к литературным источникам 19 века (Дитмар, 1928). Позднее профессор С.И. Малышев (1928) так описывает знакомство с частным «заповедником» в дореволюционные годы: «Вход в «Заповедь» для посторонних допускался только по особым билетам, выдававшимся лесной конторой, правда, бесплатно, но после обстоятельного опроса о целях и намерениях посещения леса. … Нечего и говорить о том, что в «Заповеди» воспрещалась всякая потрава, обламывание сучьев, охота и прочее; в ней запрещалось даже собирать грибы и ягоды, росшие и зревшие там в изобилии».

Несмотря на то, что в Заказной роще соблюдался строгий режим охраны, говорить о существовании здесь в дореволюционное время заповедника (Краснитский, 1983) или охотничьего заказника (Горышина, 2004) не представляется корректным. По своему назначению это был скорее комплексный заказник или резерват. К тому же с конца 19 века здесь начали проводиться сплошные рубки и закладываться лесные культуры (Шишков, 1939). Однако существование на протяжении двух веков, вплоть до 1917 года, частной охраняемой природной территории позволило сохранить единственный участок вековой нагорной дубравы как эталона естественных лесных насаждений лесостепи Русской равнины.

Годы первой мировой и гражданской войны, послевоенной разрухи были трудным периодом  в истории Заказной рощи. Варварски вырубался лес, сотни голов домашнего скота паслись в дубраве, на прогалинах устраивались огороды. Процветало браконьерство. В результате был разрежен древостой и сведены отдельные участки леса, практически полностью уничтожены дикие копытные, значительно сократилась численность других животных (Малышев, 1928).

Организация заповедника «Лес на Ворскле» непосредственно связана с именем профессора Сергея Ивановича Малышева. Уроженец Курской губернии, получивший образование и преподававший в Юрьевском (ныне Тартуском) и Санкт-Петербургском университетах, Серей Иванович в 1919 году по направлению Естественно-научного института им. П.Ф. Лесгафта (Петроград) переезжает в слободу Борисовка для организации Зоопсихологической станции. Реализация поставленной задачи в связи с Гражданской войной, голодом и разрухой затянулась, но даже после организации станции С.И. Малышев остается, по крайней мере до 1925 года, ее единственным штатным сотрудником в должности заведующего (ГА РФ, Ф. А-2307, Оп. 2, Д. 59а, Л. 328; ГА РФ, Ф. А-2307, Оп. 1, Д. 79, Л. 404-405). Несмотря на все сложности того времени, Сергей Иванович активно продолжает исследования инстинктов перепончатокрылых насекомых и их гнездования, результаты которых получили высокую оценку зарубежных и отечественных специалистов (Стрельников, 1968; Халифман, 1978; Любищева, 2005). Тем большее уважение вызывают подвижничество и гражданское мужество С.И. Малышева, предпринявшего решительные шаги по сохранению вековой нагорной дубравы бывшей графской Заказной рощи.

30 января 1920 г. на общем собрании культурно-просветительской комиссии при Борисовском обществе «Народный дом» С.И.Малышевым был сделан доклад «Об охране природы и устройстве защитного участка в Борисовской лесной даче» (Арендс, 1925; Кузнецов, 1926; Халифман, 1978 и др.). Данное событие можно считать отправной точкой в борьбе за сохранение вековой нагорной дубравы и организацию заповедника «Лес на Ворскле».

В архивных материалах и литературе по историографии охраны природы и заповедного дела содержится немало мифов и противоречий, которые объясняются как объективными (утрата части архивных материалов, отсутствие статуса научной дисциплины, терминологическая путаница и т. д.), так и субъективными (идеологизация общества, политическая конъюнктура и т. п.) причинами. Двадцатые годы прошлого века – наиболее характерный в этом отношении для историографии заповедного дела период.

В литературе и архивных материалах организация заповедника «Лес на Ворскле» датируется в диапазоне 1920-1925 г.г. Упоминание о существовании заповедника с 1920 года содержится в пояснительной записке к проекту, направленному зав. отделом охраны природы В.Т. Тер-Оганесовым в секретариат Главнауки поводу дополнения сети бюджетных подведомственных учреждений в 1925-1926 финансовом году (ГА РФ, Ф. А-2307, Оп. 10, Д. 369, Л. 167). Широко распространено мнение об организации Леса на Ворскле в 1922 году (Горышина, 1986, 2004; Стекольников, 1993 и др.). На учреждение заповедника в 1923 году указывает С.А. Северцов (1929). В Лесной энциклопедии (1985) и Советском энциклопедическом словаре (1987) организация Леса на Ворскле датируется 1924 годом. Наконец, 1925 год указан в Методическом пособии по проектированию заповедников и республиканских заказников в РСФСР (1973), других работах Ф.Р. Штильмарка (1978, 1995).

В ряде опубликованных работ (Аренс, 1925; Кузнецов, 1926; Халифман, 1978 и др.) и архивных материалов (ГА РФ, Ф. А-2307, Оп. 10б, Д. 390, Л. 43 и др.) приводятся сведения о том, что 30 января 1920 года на общем собрании культурно-просветительской комиссии при Борисовском обществе «Народный дом» С.И. Малышевым был сделан доклад «Об охране природы и устройстве защитного участка в Борисовской лесной даче». Дальнейшие события в различных источниках трактуются по разному. Аренс Л.Е. (1925) приводит сведения о последующем ходатайстве культурно-просветительской комиссии «через соответствующие инстанции перед центром», в результате чего участки вековой дубравы под названием «Лес на Ворскле» были объявлены Наркомпросом в 1922 году неприкосновенным памятником природы.

Организация заповедника "Лес на Ворскле" в 1922 году не подтверждается документально и невозможна ввиду следующих обстоятельств: в 1922 году было фактически прекращено бюджетное финансирование природоохранной деятельности и упразднен отдел охраны природы Главмузея Наркомпроса, ответственный за государственное управление охраной природы и заповедного дела (Вайнер, 1991). Вероятно, поэтому в системе Наркомпроса в этом году не было организовано ни одного заповедника (Северцов, 1929; Штильмарк, 1996). Ситуация в начале 1923 года не изменилась к лучшему. Более того, коллегия Наркомпроса по инициативе проф. И.И.Гливенко вынесла постановление об упразднении заповедников, которое затем было опротестовано, а в составе Главнауки создан отдел охраны природы (Данилов, Штильмарк, 1994)

Поскольку Главное управление научных учреждений (Главнаука) Народного комиссариата просвещения (Наркомпрос) 28 февраля 1924 года возложило на Зоопсихологическую станцию в слободе Борисовка обязанности по охране заповедника «Лес на  Ворскле» (ГА РФ,Ф.А-2307, Оп.9, Д.232, Л.78), информация С.А.Северцова (1929) об его учреждении постановлением Наркомпроса в 1923 г. безусловно заслуживает внимания.

В 1924–1925 финансовом году Наркомпросом впервые были выделены субсидии на содержание заповедника, в том числе для найма работников (управляющий, лесные сторожа). В 1925 году была также произведена прием-передача 2-х из 4-х кварталов  с сохранившимися участками вековой дубравы урочища «Заказная роща» от Новоборисовcкого лесничества   заповеднику «Лес на Ворскле». В результате территория заповедника первоначально представляла собой разрозненные участки, хотя и в одном лесном массиве.  Тогда откуда появилась дата образования заповедника в 1922 году?

16 сентября 1921 года В.И. Лениным был подписан декрет Совета народных комиссаров «Об охране памятников природы, садов и парков», который имел большое значение для развития заповедного дела в СССР. В декрете были заложены основы классификации охраняемых природных территорий. Важным был также факт предоставления Наркомпросу права объявлять участки природы, предоставляющие особую научную и культурно – просветительскую ценность, памятниками природы, заповедниками и национальными парками.

В двух однотипных документах, подготовленных  в 1925 году заповедником или отделом охраны природы Главнауки Наркомпроса по сведениям заповедника (Материалы ГАРФ), более поздний и подробный из которых озаглавлен «Краткий очерк истории заповедника», указывается, что 30 января 1920 года на общем собрании культурно – просветительской комиссии при Борисовском обществе «Народный дом» был сделан доклад С.И. Малышева «Об охране природы и устройстве защитного участка в Борисовской лесной даче».  Далее в первом документе говорится, что Борисовский волостной исполком своим решением объявил 1,4,7 и 10 кварталы бывшей шереметевской «Заказной рощи» памятником природы,  а во втором – только об обращении культурно–просветительской комиссии с ходатайством по данному поводу в волостной исполком. Отсюда следует, что Борисовкий волостной исполком решения об объявлении  нагорной дубравы памятником природы не принимал. Далее в документах приводится идентичная информация о признании заповедника в 1922 году Наркомземом (Народный комиссариат земледелия). Здесь речь скорее всего идет о Курском губернском земельном управлении (ГЗУ), как региональном подразделении Наркомзема.  Поскольку в одном из писем Курского ГЗУ 1925 года говорится о том, что управление признало урочище защитным еще в 1923 (даже не в 1922!)году. При этом никаких упоминаний о придании урочищу статуса заповедника и его названии «Лес на Ворскле» в тот период в письме не содержится. Вероятно, автор или авторы документов под признанием заповедника подразумевали признание необходимости или принятие каких – либо мер властными органами по сохранению уникального природного комплекса. Наконец, в первом документе в графе «год основания» приводится 1922 год ( совпадающий с вышеуказанной в документах датой признания заповедника Наркомземом), во втором же в аналогичной графе – 28 февраля 1924 года, когда Главнаука Наркомпроса возложила на  Зоопсихологическую станцию обязанности заповедника. Произвольное толкование в отсутствии процедуры организации заповедников и внесло путаницу в определение времени образования «Леса на Ворскле».

Становление заповедника проходило в достаточно сложных условиях. Как явствует из переписки заповедника в 1925 году (материалы ГАРФ), грубые нарушения режима заповедности были весьма распространенными. Так, только в течение 3 летних месяцев лесным сторожем заповедника Гарькавым на порубщиков было составлено 17 актов. Отдельные нарушители угрожали сторожу убийством и поджогом дома. Однако волостная милиция мер к нарушению не принимала. «В начале работ заповедника, - докладывал  С.И. Малышев на 1-м Всероссийском съезде по охране природы в 1929-году, - приходилось выдержать с окрестным населением героическую борьбу, доходило до того, что своими руками отбивали лес от порубщиков».

Тем не менее, за первый год существования заповедника, как следует из отчета управляющего заповедником Льва Евгеньевича Аренса, было сделано многое: произведено обследование территории, выкопана на протяжении около 300 метров пограничная межевая канава, начато устройство проволочных заграждений, осуществлен посев семян колючих кустарников для устройства живой изгороди, установлено 14 аншлагов, основан музей с 22 экспонатами, положено начало комплектованию библиотеки и др.

В отчете о работе отдела охраны природы Главнауки за 1924-1925 г.г. От 14 ноября 1925 г. (ГА РФ, Ф. А-2307, Оп.10, Д.369, Л.114) положение Леса на Ворскле оценивается на столько прочным, что отдел охраны природы планирует в следующем 1926-1927 финансовом году перевести заповедник на госбюджет. Однако, этим планам не суждено было сбыться. Сергей Иванович Малышев подвергся политическим преследованиям. Полетели нелепые (стандартные для тех лет) доносы и обвинения - «вы сохраняете лес для возвращения Шереметева» и др. (Малышев Д.С., 2005). Его «дело» было поручено начальнику районного управления НКВД Медведю. Товарищ Медведь оказался честным тружеником. «Я его не раз видел во время экскурсий в музей и заповедник» - вспоминал Сергей Иванович. Для ареста... его пригласили с докладом в областное управление НКВД. Однако, доклад был столь блестящим и убедительным, что Сергей Иванович не только не был арестован, но ему даже были выделены средства на устройство ограждения заповедника. Тем не менее, в начале тридцатых годов С.И.Малышев, как «поповский сын» был уволен и из Естественно-научного института им. П.Ф.Лесгафта и из заповедника. Тем самым участь Зоопсихологической станции была предрешена, что влекло за собой ликвидацию заповедника. 1 октября 1931 г. вышел приказ Главнауки о ликвидации научной и прикладной продукции Станции ( Аникеенко Е.Ю., 2005). По воспоминаниям дочери С.И.Малышева, в 1932 г. их семья еще жила в Борисовке, а затем выехала в Ленинград.

 

Литература

Аникеенко Е.Ю. С.И.Малышев и Лес на Ворскле // История заповедного дела: Материалы международной научной конференции. - Борисовка, 2005.- С. 13-15.

Аренс Л.Е. Лес на реке Ворскле (Памятник природы) // Украинский охотник и рыболов. - 1925. - № 10. – С. 11-15.

Благосклонов К.П., Иноземцев А.А., Тихомиров В.Н. Охрана природы. - М., 1967.

Вайнер (Уинер) Д.Р. Экология в Советской России. Архипеллаг свободы: заповедники и охрана природы. М.: Прогресс, 1991.

Горышина Т.К. К истории заповедника «Лес на Ворскле» // Комплексные исследования биогеоценозов лесостепных дубрав: Межвузовский сб. - Л., 1986. – С. 3-18.

Горышина Т.К. «Лес на Ворскле» в документах и преданиях: Исторический очерк. СПб: Изд-во С.-Петерб. ун-та, 2004. – 48 с.

Данилов В.И., Штильмарк Ф.Р. Исповедь, оплаченная жизнью // Охотничьи просторы. Кн.1.М., 1994.

Дитмар Б.П. Охрана природы в России (Исторический очерк) //Охрана природы. 1928, №5. С.25-28

Загоровский В.П. Белгородская черта. - Воронеж: Изд-во Воронеж. ун-та, 1969. - 304 с.

Кириков С.В. Человек и природа восточноевропейской лесостепи в X – начале XIX вв. - М.: Наука, 1979. - 183 с.

Косарев Н.Г., Самиляк С.И. Состояние дубрав заповедника «Лес на Ворскле» // Охрана природы Центрально-Черноземной полосы. Вып. 11. – Воронеж, 1981.

Краснитский А.М. Проблемы заповедного дела. – М.: Лесн. пром-сть, 1983. – 191 с.

Кузнецов Н.И. Весьма важный памятник природы – «Лес на реке Ворскле» // Природа. - 1926. - №5-6. – С. 98.

Лес на Ворскле // Лесная энциклопедия. Т.1 / Гл. ред. Воробьев Г.И. - М.: Советская энциклопедия, 1985. – С. 510. 

Лес на Ворскле // Советский энциклопедический словарь / Гл. ред. Прохоров А.М. - 4-е изд. – М.: Сов. энциклопедия, 1987. – С. 704.

Любищев А.А. О Сергее Ивановиче Малышеве (неопубликованный некролог из семейного архива Малышевых).// История заповедного дела: Материалы международной научной конференции. - Борисовка, 2005.- С. 11-13.

Малышев С.И. Лес на реке Ворскле // Охрана природы. – 1928. - № 6. - С. 10-13.

Малышев Д.С. Штрихи к биографии Сергея Ивановича Малышева // История заповедного дела: Материалы международной научной конференции. - Борисовка, 2005.- С. 9-11.

Методическое пособие по проектированию заповедников и республиканских заказников в РСФСР: Раздел II. Справочные материалы о формировании сети заповедников в СССР. – М., 1973. – С. 7, 85.

Миклашевский И.Н. К истории хозяйственного быта Московского государства. Ч.1. Заселение и сельское хозяйство южной окраины XVII в. - М., 1894.

Охрименко И.Г. Возникновение Борисовки и образование Борисовской вотчины Шереметевых // Борисовка: Исторические очерки. - Белгород: Изд. дом «В. Шаповалов», 2000. – С. 63-70.

Реймерс Н.Ф., Штильмарк Ф.Р. Особо охраняемые природные территории. - М.: Мысль, 1978. - 295 с.

Северцов С.А. Заповедники СССР (По материалам Главнауки) // Охрана природы. – 1929. - №3. С. 93-96.

Стекольников А.А. К 70-летию заповедника Санкт-Петербургского университета «Лес на Ворскле» // Вестн. С.-Петербург. ун-та. Сер. 3. Биология. - 1993. - Вып. 4.  - №24. - С. 3-9.

Халифман И.А. Четырехкрылые корсары. - М.: Детск. Лит-ра, 1978.

Шаповалов А.С. Истоки и организация заповедника «Лес на Ворскле» («Белогорье»).// История заповедного дела: Материалы международной научной конференции. - Борисовка, 2005.- С. 9-11.

Штильмарк Ф.Р. Историография российских заповедников (1895-1995). М.:ТОО «Логата», 1996. 340 с.

 

 

Материал подготовлен отделом экологического просвещения на основе работ, опубликованных в сборнике: История заповедного дела: Материалы международной научной конференции. - Борисовка, 2005

Карта

веб-ГИС заповедника

Внимание!

Актуально

Заповедный урок

Марш Парков - 2017

Конференция школьников

Группа в Фейсбуке

Гаичка - Птица 2017 года

Вход на сайт